Дмитрий Кузнецов ©1997
прочий Kuzyak

Неоконченное Письмо Русского Путешественника

Сижу на берегу Волги, как это ни смешно и не пошло. Бутылка Пепси оказалась слишком большой для желудка, а сыр с хлебом вообще невозможно есть. Островского я читал, видимо, невнимательно, и поэтому свалился с обрыва, порвал пакет с пропитанием, испачкал задницу и извалял в грязи сыр и хлеб.

Я пришел на пляж и вот уже часа полтора как сижу здесь, один на один со своим голодом и душой. Приходил какой-то чувашский дед-спортсмен, долго делал зарядку, а потом выкупался. Приходил парень санаторного вида, в семейных трусах. Тоже сделал зарядку, а потом тоже выкупался. Я спросил как вода, а он сказал, что ничего, теплая, но больше разговаривать со мной не захотел, а ушел наверх, к себе в санаторий. Не иначе как на завтрак. Сволочь.

Прилетала ко мне какая-то местная птица зеленоватого отлива. Очень похожа на воробья, только худая и не воробей. Скормил ей полбатона. Улетела. Потом пришла собака. Бросил ей батон и сыр, но собака есть не решилась, а только все обнюхивала и смотрела по сторонам наглыми женскими глазами. Ну и правильно. Ведь у собаки клюва нет, а есть батон пополам с грязью и песком даже я не стал бы.

Взял батон и сыр, спустился к Волге. Волга зелёная и холодная, пахнет практически так же, как Финский залив. Сыр и хлеб удалось частично отмыть. Я выковырял из них серединку и съел. Сразу же пришла прошлая собака и зеленый квази-воробей. Все вместе мы завершили трапезу. Потеряв ко мне всякий интерес, собака и птица ушли вверх по пляжу. Видно, они все реагируют уже не на вид и запах еды, а на сам акт её поглощения человеком. Здесь мы похожи.

Вместо собаки и птицы вскоре вернулись два милиционера. Они спросили у меня, кто я такой, чтобы в эту неприглядную погоду торчать здесь с рюкзаком. Да, кстати, забыл нарисовать облака, ветерок, раннее утро и далекие пароходы. Я подробно объяснил милиционерам, почему торчу именно здесь. Мне поверили и даже не стали проверять паспорт.

Пароход с отдыхающими возвращается. Мужик громко кричит по судовой трансляции, и поэтому слышно, что, оказывается, они успели побывать на каком-то острове, на том берегу, и вообще увидали много чего интересного - так он, во всяком случае, хотел бы думать.

Из за (опять ошибся!) поворота показалась девушка. На ней открытый купальник, тело ее упруго и ждет любви. Завидев меня, девушка легко ступает по кромке воды и кокетливо смотрит с берега Европы на берег Азии. Когда девушка поравнялась со мной, я снова хотел спросить ее про температуру воды, а может быть, просто хотел сказать ей что-нибудь приятное. Но девушка может меня неправильно понять и обидится. Не буду ничего говорить, просто посмотрю ей вслед украдкой. Ей это понравится.

На минуту вышло солнце. Сразу же стало не так холодно. Я перестал дрожать, мой почерк немного выровнялся. Снова прилетела знакомая птица, добила остатки крошек, насрала и улетела прочь. Навсегда.

Чтобы разогреться окончательно, решил броситься в Волгу. Как бросился, так и выбросился - холод жуткий. Но когда оделся, стало теплее.

Снова залез на обрыв. Наверху была дорога. Пошел по этой дороге. Дошел до автобусной остановки. Дальше были домики, домики, домики, домики, домики, домики, домики, домики, домики, домики, домики, домики, домики, домики, домики, домики, домики, домики, домики, домики, домики, домики, домики, домики, домики, домики, домики, домики, домики, домики, домики, домики, до-ми-ки, до-ми-ки, до-ми-ки, а потом церковь.

Я зашел в церковь и очень стеснялся пристальных взглядов старушек: какой-то столичный хлюст, с парохода, видать, забрел на стоянке попялиться на местных аборигенов и шляется по храму с рюкзаком в руках. Когда я, наконец, нашел свое место, старушки поостыли. Как странно, что меня связывает с этими людьми так много. Я стоял и, вместо того чтобы молиться, вспомнил про двух пляжных муравьев, моих очередных знакомых. Они встретились возле моей ноги, прямо под скамейкой, раздвинули челюсти и стали друг друга убивать. У них все никак не получалось. Один кусал другого за голову, а второй поднимал кусачего от песка и размахивал им из стороны в сторону, как Антеем. Все это происходило без единого звука и особенно нелепо смотрелось на берегу реки, где противоположный берег уже немножко утоплен в горизонт. Нет, лучше было бы написать "на берегу великой русской реки Волги" - так смешнее. Но у муравьев нет чувства юмора. Когда я снова обозрел место их битвы, Кусачий уже ушел и нес с собой голову противника. Как говорил один знакомый моего друга из Уфы, башкир-пожарник: "Вот дом. Сам красный, а крыша металлическая. Так и люди - живут, живут, и умирают...".

**************************************

А потом снова шли домики, заборы, петухи, пацаны на великах стреляют закурить и обращаются на "вы". Мелочь, а неприятно. Мамаша с коляской, чувашская старуха в шерстяных носках, четыре шавки, мамаша с коляской, мамаша с коляской, мамаша с коляской, молочная кухня, мужик с молотком выпрямляет кривой гвоздь, станция по борьбе с болезнями животных, улица Односторонка,4, областная больница, знак "кирпич", который смотрится здесь как стог сена на углу Невского и Малой Морской, как Наташа Королева на Трафальгарской площади. Кстати, о музыке. На пароходике, который уже раз пятый проходит мимо, крутят очень классные старые песни Саруханова.

Опять домики, домики, дома, дома, Дома, ДОма, ДОМа, ДОМА. Большой перекресток с троллейбусами. Все закончилось четырехэтажным кирпичным зданием с вывеской что-то вроде: "Чавышы Норлары Университеты. Хими Факультеты". И студенты с книжечками. За Хими Факультеты была свалка. Пришлось повернуть обратно. Снова все то же самое, но в обратном порядке и без мамаш (см. выше). Со встречными уже полегче: чем дальше возвращаешься, тем больше промежуток времени между твоим первым и вторым появлением. Тем легче делать вид, что ты ходил по неотложным делам. Скорее всего, жители дома N1 подумали, что мимо них два раза прошел студент, жители дома N43 - что турист, а жители Хими Факультеты - что идиот.

Вернулся на пляж. Это не тот пляж. Здесь уже ходят люди и открыт туалет. Пописал. Я люблю это делать. Хлобысь, а до поезда еще целых четыре часа! Проще убить себя, чем столько времени. Стал придумывать шутки, но потом подумал, что рановато. Это всегда случается с путешественниками. Папуасы еще режут тебя на бекон, а ты уже думаешь про кружечку пивка, которую засандалишь в Амстердаме. В общем, все, пора заканчивать. Уже пошла вода. Сейчас перееду на следующую страницу, там еще немного попишу, чтобы красиво смотрелось, и поставлю число с подписью.

А, вот что забыл! Моим иностранцам будет здесь прикольно. Только обманул их доктор Дюррант. Никакая это на хрен не "настоящая Россия". Это фиг знает что, перловая каша с анчоусами какая-то. Или меня всю жизнь обманывали, и теперь я лучше знаю, что происходит в Сан-Франциско, штат Калифорния, чем тут. Будем искать...

Sincerely Yours
Kuzyak
06.07.97 (7:30am - 1:35pm) Чебаркасы


Дмитрий Кузнецов ©1997
прочий Kuzyak
Используются технологии uCoz